Кафельников Евгений Александрович — самый титулованный теннисист в истории России

Звезды

В детстве его звали Кафель. И был он обыкновенным мальчишкой, мечтающим «о доблестях, о подвигах, о славе». Сейчас, когда он стал звездой тенниса,его имя произносят с восхищением:Кафельников Евгений Александрович.

А знатоки добавляют — это самый опасный «профи» после первой ракетки мира Пита Сампраса. Да и сам Пит признается: «Евгений Кафельников — лучший русский теннисист, против которого я когда-либо играл. Парень вошел в теннисную элиту надолго». Ныне Евгений Кафельников — шестая ракетка мира. На его счету блестящие победы на турнирах в Аделаиде, Копенгагене, Лонг Айленде. Он громил таких звезд тенниса, как Джим Курье и Горан Иванишевич, Михаэль Штих и Андре Агасси, Томас Мустер и Петр Корда. Теперь он мало напоминает того паренька из города Сочи. Мечты сбылись.

— Женя, тебя можно назвать победителем во всех смыслах. Ты не только побеждаешь на корте, но и в жизни: постоянно в центре внимания, окружен славой, да и богатство не обошло тебя стороной. Какие чувства дарят победа и слава?

— Удовольствие. Но не праздное удовольствие, а как результат труда. Я до сих пор на корте остаюсь трудоголиком, хотя для своего возраста многого достиг. Редко кто в двадцать два года может заработать несколько миллионов долларов честным трудом. Конечно, за свою спортивную жизнь мне приходилось побеждать не раз. Но, пожалуй, особую радость ощутил два года назад в австралийском городке Аделаида, где мне улыбнулось счастье и я выиграл первый в своей жизни теннисный турнир из серии Международной ассоциации теннисных профессионалов. Трудно передать словами, какие чувства испытывал в тот момент. Это были и радость, и счастье, и вера в себя. И еще — осознание итога огромной работы, которую мы ведем с тренером А. Лепешиным многие годы. Ведь теннис — это не только призы, а в первую очередь ежедневная, напряженная до изнурения работа. И она для меня — основное в жизни, мое первое и главное наслаждение. И… лекарство. От грусти, тоски и «головокружения», когда приходит успех.

— А как ты относишься к своим поражениям? Пусть редко, но ведь они случаются.

— В спорте всякое бывает, особенно в теннисе. Здесь нельзя ничего прогнозировать, любая мелочь может стать роковой. Например, на ход игры влияют даже болельщики. Порой они очень эмоциональны — кричат, свистят, забывая, что теннис — не футбол или хоккей. В этом виде спорта при розыгрыше мяча тишина особенно нужна. А иные фанатики на трибунах могут позволить себе советовать, куда и как посылать мяч. Это настолько раздражает, что иногда хочется уйти с корта, но я профессионал и умею владеть собой. Что же касается поражений, не стал бы драматизировать по этому поводу. В спорте побеждает сильнейший. Если ты в форме — играешь прекрасно, а если чувствуешь себя неважно — соответственно и будешь играть.

— Проблемы со здоровьем бывают?

— Три раза постучу по дереву, пока нет. Травмы не считаю — они вечные спутники теннисистов. Вот совсем недавно: заболела нога, и я уж подумал, что придется делать операцию. Но повезло — тревога оказалась ложной.

— Наверное, спортсмен, как никто другой, должен следить за своим здоровьем.

— Каждый благоразумный человек должен за ним следить и тратить усилия не на то, чтобы «чинить и конопатить» свой организм, а на здоровый образ жизни, чтобы быть всегда в форме и не нуждаться в «починке».

— А что помогает тебе быть всегда в форме?

— Как говорит один мой приятель, жизнь — это то, что люди больше всего стремятся сохранить и меньше всего берегут. Так вот я стараюсь свою жизнь беречь, следуя простым, но мудрым правилам. Если хочешь продлить жизнь — укороти свои трапезы и наблюдай за ртом: через него входят болезни. Слежу за диетой, практически никогда не ем жирного и заморских продуктов сомнительного происхождения. Не верю в красивые упаковки, и меня никто не заставит съесть то, чего я не знаю. Мясу предпочитаю овощи и фрукты, хотя и не считаю себя вегетарианцем — могу съесть и бифштекс, но только перед ответственной игрой, когда надо запастись калориями для изнурительного поединка. А в перерывах между игрой съедаю банан, а не пичкаю себя, как иные, комплексными поливитаминами. К ненатуральным витаминам и химическим лекарствам отношусь очень настороженно.

— Ты вообще не принимаешь никаких таблеток?

— Иногда, кочуя по странам и континентам, поддашься соблазну и съешь что-нибудь экзотическое, хотя такое со мной случается крайне редко. Результат — изжога. В этом случае мне достаточно содовой таблетки, чтобы снять все неприятности. Хотя, возможно, кто-то на моем месте и побежал бы к врачу. Мнительных людей много. У нас, в Сочи, где прошло мое детство, была соседка как раз по этой части. Посмотрит телевизор, где светило медицины рассказывает о какой-то болезни, и на следующий день обнаруживает ее у себя. Все врачи ее знали и не удивлялись, когда после очередной телепередачи она начинала традиционное путешествие по кабинетам поликлиники.

— Спорт и мнимые болезни — вещи несовместимые. Но ведь ты сам говорил: на корте часто случаются травмы, а это уже не мнимая, а реальная физическая боль.

— С ней у меня, что называется, свои отношения. Подобно тому, как враг, увидев, что противник обращается в бегство, еще больше распаляется, так и боль, «подметив», что мы ее боимся, становится безжалостнее. Однако она смягчается, если встретит противодействие. Боли нужно сопротивляться, с ней нужно бороться. Недавно во время международного турнира на Кубок Кремля в спорткомплексе «Олимпийский» у меня заболело колено, но я собрал свою волю в кулак и не расклеился, решил играть до конца. Нога очень болела по ночам, но утром во время тренировок боль отступала. Я даже надел наколенник, как бы зажав ее со всех сторон. И она сдалась, испарилась. Наверное, здесь действует такое правило: одни больны потому, что вечно заботятся о своем здоровье, а другие здоровы потому, что не боятся быть больными.

— Ты добился небывалых высот за всю историю отечественного тенниса. Повлияло ли это на твои отношения с родителями, родственниками, знакомыми?

— Пока ни большие деньги, ни бесконечные турниры не выбили меня из колеи. И за это я себя уважаю. Каждый зарабатывает на жизнь, делая то, что лучше всего умеет. Моим «хлебом» стал теннис. И свои победы воспринимаю не как заоблачную высь, а как маленькую, но твердыню. Для родителей я все тот же Женя, который нередко прогуливал уроки из-за рыбалки или тенниса. Для друзей — не знаю, надо у них спросить. А для знакомых (их очень много, во всех странах, где я играл) — для них я такой, каким они хотят меня видеть.

— По гороскопу ты Водолей. Говорят, что рожденные под этим знаком стараются улучшить человечество. К тебе это относится?

— Не знаю, как на счет всего человечества, но то, что Водолеи стараются сделать теннис зрелищнее, постоянно внося что-то свое в игру, — за это могу поручиться.

— Этот знак награждает еще людей постоянством в любви.

— Моя любовь к теннису — величина постоянная. А что касается девушек — не собираюсь жениться, пока не стану первой ракеткой мира.

— Значит, Андре Агасси для тебя не пример?

— Он для меня больше пример на корте, чем в личной жизни. Он любит веселые тусовки, я их избегаю. Его окружает много женщин, я по характеру другой человек. Мне больше импонирует Пит Сампрас. Он не разбрасывается, и у него есть постоянная подруга, которая на несколько лет его старше. Вообще, мне кажется, Сампрас — очень спокойный и порядочный молодой человек. Имея несколько миллионов долларов, он ведет себя скромно, не выпендривается.

Победитель— Женя, а ты себя любишь?

— Без самолюбия в спорте делать нечего. Но самолюбие и себялюбие — вещи разные. Если первое приподнимает человека, то второе уничижает. Самолюбие позволяет относиться к себе критически. Поэтому бывают минуты, когда я себя просто ненавижу. Например, играю дома, в России, и проигрываю встречу, скажем, американцу Джиму Курье в матче на Кубок Дэвиса. И хотя в рейтинге я занимаю ступеньку выше, чем он, в игре, увы, пока ничего не могу противопоставить этому рыжему американцу с пушечными ударами.

— В такие минуты ты себя ненавидишь потому, что проигрываешь, или потому, что проигрываешь на Родине?

— Конечно, потому, что на Родине.

— А на каком корте в России ты мечтал бы поиграть, но пока не довелось?

— Этого корта еще нет, но надеюсь, в скором времени он появится… в Ясной Поляне. В свое время Лев Николаевич Толстой построил на территории свой усадьбы два теннисных корта, где с гостями или с супругой любил «погонять» мяч. Сейчас музей-усадьба из года в год расширяется, но до реконструкции кортов руки ни у кого не доходят. А жаль. Было бы здорово поиграть на площадках, построенных гениальным писателем.

— Толстой сказал: «Счастье — это ожидание счастья». Ты с ним согласен?

— Я думаю, что ожидание должно быть деятельным — ведь счастье достается только тому, кто за него борется.

— Ты имеешь в виду себя?

— И себя тоже.